В

"Нотная тишина" Когда рояль ещё не начинал, А лишь вбирал всей грудью воздух…

"Нотная тишина"

Когда рояль ещё не начинал,

А лишь вбирал всей грудью воздух зала,

В той пустоте, где звук не ночевал,

Уже звучало всё, что не назвало

Себя словами. Пауза плыла,

Как обещание, как первый снег над садом.

И музыка ещё не умерла,

А тишина ещё не стала адом.

Я жил меж нот — в провалах, в промежутках,

В том вакууме, что связывал аккорды.

Там не было ни тесно и ни жутко,

Лишь сердца робкого наивные рекорды.

А мы глядели из ветвей несуществующих,

И каждый вдох был равен океану.

Я понял вдруг на перекрёстках тех тоскующих:

Что главное — ничто не крикнет "Браво"

Все промолчат, как мать у колыбели,

Где спит дитя, которого вовек не разбудить.

Но, к счастью, мы уже успели

Увидеть истину, что свет успел пронзить.

Однажды я спросил у дирижёра,

Застывшего с протянутой рукой:

«Что держишь ты?» Он отвечал: «Опору

Для тишины, что встала за строкой.

Так я услышал, как молчат светила,

Как галактики держат интервал,

Как та зима, что нас не посетила,

Стучится в лето сквозь речной кристалл.

Рояль умолк. И зал ещё не дышит.

Вот-вот сорвутся хлопоты и крик,

Но в краткий миг — длиною в век, ты слышишь:

Звучит та пауза, где нет улик,

Что мы дышали. Только синий воздух,

Сплетал ноты в чёрную канву.

И если рай возможен — он не в звёздах,

А в том, что люди любят наяву,

В той суете, что нас порой пугала,

В простых делах и в шёпоте дорог,

Где музыка из тишины вставала,

И каждый миг был свят и одинок.

Где слушатель становится творцом,

А время переходит в измеренье,

Где каждый миг не связан с образцом,

И длится бесконечное мгновенье.

В конце — ни громких звуков, ни фанфар.

Лишь тишина. Не та, что убивает,

А та, что держит вечности штурвал

И ничего взамен не обещает.

И в этой тишине, меж нот,

Я слышу голос тот далёкий.

Там время замедляет ход,

Стирая горести и сроки.

Не в звуках истина жила,

А в том святом прикосновенье,

Когда душа, как два крыла,

Ловила краткое мгновенье.

Мы — лишь аккорды в пустоте,

Что ищут вечного причала,

Стремясь к небесной чистоте,

Где нет конца и нет начала.

Пусть гаснет звук, пускай уйдёт,

Но в этой паузе безбрежной

Любовь бессмертье обретёт

И станет музыкою нежной.